Page 84 - Журнал "Родноверие" выпуск - 10

82 НАВЬ НАВЬ 83

витязей и Змеев. Ведь за той рекой, согласно преданиям, одни рвы, буераки да коменье острое! Чтоб к завтра было Огненный змей Огненный змей посещает дев, тоскующих от отсу-
начинаются владения Змея. там как ладонь гладко, и была бы рожь посеяна, и выросла Змей является огненным существом: «Летит на него тствия возлюбленного, либо живущих на расстоянии от
Весьма примечательно, что при встрече с чужаком б к раннему утру так высока, чтобы в ней галка могла лютый змей, огнём палит, смертью грозит» («Два возлюбленного, а также неутешных вдов, особенно
змей всегда намеревается либо съесть его, либо втоптать схорониться» («Морской царь и Василиса Прекрасная»). Ивана...»). В сказке Змей источает вокруг себя пламя: молодых. Обычно он проникает в дом, чаще через печную
противника в землю. Пленённая царевна предупреждает Второе задание звучит следующим образом: «Есть у меня «Змей пламенем палит, когтями рвёт». В образе Змея, трубу, рассыпаясь искрами (оттого и зовётся «рассыпу-
героя: «Он тебя съест»; сам Змей угрожает: «Съем тебя с триста скирдов, в каждом скирду по триста копен – все изрыгающего пламя, можно усмотреть некое тождество с чим» Змеем): "Рассыпается искрам над трубой, он
косточками». Другой вариант: «Я посажу тебя на ладонь пшеница белоярая; обмолоти мне к завтрему всю пшеницу божеством-громовержцем, посылающем громы и появляется в избе в облике красивого парня или умершего
одною рукою, прихлопну другою – костей не найдут», – тот чисто-начисто, до единого зёрнышка, а скирдов не ломай и молнии: «Тут змей испустил из себя пламя огненное, мужа хозяйки дома", – рассказывает М. Д. Чулков (1786
же способ «пожирания»-погребения. Встреча со Змеем снопов не разбивай...». В некоторых случаях Змей пред- хочет сжечь царевича». Сопернику он угрожает: «Я твоё год). Иногда Змей приносит женщинам сокровища, а
практически всегда возможна только через проникнове- ставляется хранителем сил Земли, а то и самой Землёй. иногда и раскидывает украшения вдоль дорог и перекрёс-
ние в его царство, после проникновения под землю. Всё Тридесятое царство – «золотое», солнечное, тёплое, даже царство огнём сожгу, пеплом развею». Река Смородина, тков как приманку девам, чтобы проникнуть вслед за
это очень напоминает прохождение главного героя через горячее, там всегда цветение, изобилие плодов, все являющаяся границей при въезде в его царство, – это своими сокровищами к ним в дом. Поговаривают, правда,
обряд погребения. Дворец Змея, расположенный под предметы оттуда обладают волшебными качествами. огненная река: «Приехали они к огненной реке, через реку будто бы подарки его с первыми лучами солнца превра-
землёй, всегда окружён садом с чудодейственными Чрево Змея оказывается источником чудодейственных мост лежит, а кругом реки огромный лес» («Иван щаются в пустые черепки.
деревьями. Если Змей покидает свои владения, то он сил и попадание туда, поглощение-погребение, означает крестьянский сын ...»). А сказочных царевен змей уносил Такой гость рано или поздно приводит к исхуданию,
опять же часто появляется в садах. Морской царь, в наделение этими силами. на огненных крыльях: «Однажды дочери царские припоз- болезни и даже кончине женщины, осмелившейся
котором легко узнаваемо змеиное начало, неким образом Змей и его водяная природа дали в саду, засмотрелись на цветы; вдруг – откуда ни вступить с ним в отношения. Огненный Змей часто
связан с плодородием земли. Его царство предстает как Змей имеет тесную связь с водной стихией. Когда он взялся – змий черноморский, и унёс их на своих огненных представляется воплощением покойника, который после
процветающая земледельческая страна: «...Бросился в поднимается из воды, за ним волны вздымаются: «Тут крыльях» («Фролка-сидень»). смерти навещает свою возлюбленную или жену, а затем
воду. В ту ж минуту очутился он в подводном царстве: утка крякнула, берега звякнули, море взболталось, море Образ огня (пламени), который сказочные герои сводит её за собой в могилу, «… от такой любви женщина
кругом – зелёные поля, сады и рощи. Идёт дальше – стоит всколыхалось, – лезет чуда-юдо мосальская губа» («Буря обнаруживают в чреве Змея (героям там жарко, они худеет, бледнеет, чахнет, болеет, теряет жизненные
каменный дом...» («Неосторожное слово»). Ту же картину богатырь, Иван коровий сын»). Иногда он изображается свариваются или изжариваются в чреве, у них опаляются силы, становится замкнутой, молчаливой и умирает или
мы видим в другой сказке: «...Иван-царевич отправился в спящим на камне посреди моря и издающим храп, и от волосы и т. п.), связан с волшебством. Посланцы из «иного находит способ избавиться от вредоносного любовника», –
подводное царство; видит: и там свет такой же, как у храпа «на семь вёрст аж волна бьёт». Как мы уже упомя- царства» также обладают огненной природой: огненный пишет этнограф Л. Н. Виноградова.
нас, и там поля, и луга, и рощи зеленые, и солнышко нули ранее, в некоторых случаях Змей представляется конь («Кобылица Золотица») или жар-птица («на ней перья Есть рассказы о появлении огненного Змея, предстаю-
греет...» («Морской царь и Василиса Премудрая»). Особое морским царём, царственным существом с человечески- золотые, а глаза восточному хрусталю подобны») источа- щего в образе умершего младенца: «У одной молодой
внимание морской царь проявляет к земледельческому ми чертами. Но даже будучи морским змеем, он не теряет ют сияние, отличаются золотой окраской или золотым матери умер грудной ребёнок. Мать очень горевала, дни и
труду. Два задания из трёх, которые он задает Ивану- связи с землёй и горами: «Вдруг туча надвинулась, ветер (огненным) опереньем: «Это перо было так чудно и ночи напролёт думала только о нем. Спустя какое-то
царевичу, чисто крестьянские. Первое задание: «Есть у зашумел, море всколыхалося – из синя моря змей выходит, светло, что, ежели принесть его в тёмную горницу, то оно время к ней впервые прилетел «огненный», проник через
меня пустошь на тридцать вёрст и в длину, и в поперёк – порог, рассыпался и превратился в ребёнка. Услыхала мать
в гору подымается» («Два Ивана солдатских сына»). так сияло, как бы в том покое было зажжено великое
множество свеч» («Сказка об Иване-царевиче, жар-птице и детский плач. Вышла в сени, а там младенец лежит. Она
сером волке»). дала ему грудь. Попив материнского молока, младенец
Для того чтобы утихомирить Змея-пожирателя, ему успокоился, а ближе к рассвету исчез. На следующую ночь
всё повторилось, и так продолжалось ещё несколько дней.
надо бросить что-то в пасть: либо раскалённые камни, В конце концов, муж заметил что-то неладное. Он
либо ещё что-то, способное вызвать ощущение проглаты- проследил за женой и понял в чём дело. В итоге «огненный»
вания солнца. С представлением о Змее, пожирающем и замучил эту женщину до смерти – в скором времени она
изрыгающем солнце, вероятно, связано представление о скоропостижно умерла», – записал этнограф Г. Попов в
нём как об огнедышащем существе. 1926 году.
В русской сказке от преследования Змея героя спасают Приведу рассказ, раскрывающий образ огненного
кузнецы (повелители огненной стихии), которые хватают Змея, записанный Сахаровым И. П. в «Народном дневни-
чудовище за язык раскалёнными щипцами. Примечатель- ке»: «Известно всем и каждому на Руси, что такое за диво
но то, что Змей попадается на эти уловки, потому что он не огненный Змей. Все знают, зачем он и куда летает; но
способен видеть. вслух об этом никто не решается говорить. Огненный
Даже водяной царь остаётся существом огненным. Змей не свой брат; у него нет пощады: верная смерть от
Требуя Марфу-царевну, водяной угрожает, что в против- одного удара. Да и чего ждать от нечистой силы! Казалось
ном случае «людей всех прибьёт, царство огнём сожжёт» бы, что ему незачем летать к красным девицам; но
(«Иван-царевич и Марфа-царевна»). поселяне знают, зачем он летает, и говорят, что если
В сербских эпических песнях, в русских былинах, огненный Змей полюбит девицу, то её зазноба неисцелима
сказках и заговорах встречаются сведения об огненном вовек. Такой зазнобы ни отчитать, ни заговорить, ни
Змее (летучем Змее, рассыпучем Змее, летуне). Он – отпоить никто не берётся. Всякий видит, как огненный
воплощение огненной и воздушной стихии – появляется в Змей летает по воздуху и горит огнём неугасимым, а не
небе в виде летящего огненного шара или ржаного стога всякий знает, что он, как скоро спустится в трубу, то
(возможно, так проявляется его связь с достатком и очутится в избе молодцом несказанной красоты. Не любя,
плодородием) с длинным хвостом. Любопытно, что у полюбишь, не хваля, похвалишь, говорят старушки, когда
белорусов представления об огненном Змее пересекаются завидит девица такого молодца. Умеет оморочить он,
злодей, душу красной девицы приветами; усладит он,
с образом помощника домового, приносящего блага и губитель, речью лебединого молоду молодицу; заиграет он,
достаток в дом. Малоруссы его зовут спориш, а великорус- безжалостный, ретивым сердцем девичьим; затомит он,
сы коловерш. ненасытный, ненаглядную в горючих объятиях; растопит
В ином же представлении Змей является злым духом, он, варвар, уста алые на меду, на сахаре. От его поцелуев
персонажем, искушающим женщин. В сказках он предста- горит красна девица румяной зарей; от его приветов
ёт в человеческом обличье, в облике красивого юноши- цветёт красна девица красным солнышком. Без Змея
царевича, искушающего царевну: «Вдруг деревья в лесу красна девица сидит во тоске, во кручине; без него она не
зашумели, крыша в избе пошатнулася – прилетел змей, глядит на божий свет; без него она сушит, сушит себя.
ударился о сырую землю и сделался добрым молодцем» Посудите же, добрые люди, какое горе для семьи – гость
(«Безногий и безрукий богатыри»). огненный Змей!».
В. Иванов. В городе князя Ящера